Линдроса нельзя было остановить

Левый крайний Джон Леклер играл с центрфорвардом Эриком Линдросом, когда тот был в самом расцвете сил. Он помог Линдросу получить приз Харта (самый ценный игрок) в 1995 году, вывести "Филадельфия Флайерз" в финал Кубка Стэнли в 1997 году. Леклер, Линдрос и правый крайний Микаэль Ренберг играли в одном звене и оно вызывало уважение у соперников за счет своего мастерства, габаритов и результативности. Линдроса в понедельник введут в Зал славы и Леклер рассказал о своем партнере в интервью NHL.com:

Если остановился и задумался, услышав имя хоккеиста, которого могут ввести в Зал хоккейной славы, то значит у тебя есть сомнения. Обычно такие игроки туда не попадают. Но когда вы говорите Линдрос, никаких сомнений нет. Он достоин этого. Без вариантов.
Не думаю, что кто-нибудь мог с ним сравниться. Он доминировал на льду. Доминировал в каждом аспекте игры. Его нельзя было остановить.

"Монреаль Канадиенс" обменял меня в "Филадельфия Флайерз" 9 февраля 1995 года. Мне позвонил генеральный менеджер "Флайерз" Бобби Кларк и помимо всего прочего сказал, что хочет поставить меня в тройку к Линдросу. Я тогда плохо знал Эрика. Мы только однажды пересекались. Но я очень хотел сыграть с ним. Тренер Терри Мюррей сразу поставил меня к Эрику и Микаэлю. Мы очень быстро нашли общий язык и тогда все началось.
Во-первых, в Эрике была энергия, с которой я раньше не встречался. Он всегда хотел стать еще лучше. Он требовал большего от себя и от других. Если ты не реализовал голевой момент на тренировке, он подходил и говорил, что ты должен был забить. Серьезно. Мне это сильно помогло. Я думаю, что он помог нашему звену стать лучше и сильнее. Мы очень много тренировались.
Он умел делать все. Он мог обыграть тебя по-разному. Он был очень техничен, он был крупнее и больше остальных при росте 193 см и весе 108 кг. Были ребята, которых можно было сравнить с ним, но его уровень был выше.
Соперники стали иначе играть против "Флайерз". Они прежде всего думали о том, как им сыграть против Эрика, как им его остановить. Это сказывалось на их психологическом состоянии. Они старались выпускать против него лучших защитников и лучшее оборонительное звено. У Эрик был взрывной характер и они пробовали играть против него по-разному. Это были шахматы: они старались испортить игру Эрику, но все их попытки ни к чему не приводили.
Это было доказательством его величия. Он играл против лучших и все равно доминировал. Ему нельзя было помешать. Он действовал по принципу: "Покажите мне на что вы способны". И он почти всегда побеждал.
В жизни он был очень спокойным. С ним было всегда просто и легко. Он был хорошим партнером, его все любили. По нему не скажешь, что он суперзвезда. Он шутил со всеми, был одним из всех. У него были свои сложности, но они не касались ребят.
Конечно ему помешали травмы. Он был на пике карьеры, когда у него случилось несколько сотрясений мозга и ему пришлось завершить карьеру в 33 года, сыграв только 760 матчей в НХЛ. Он наверняка бы мог доминировать в хоккее и дальше. В этом не приходится сомневаться, зная, как он любил хоккей, как он готовился к играм. Но увы!
Он многого добился и это самое главное. Он заслужил это. Он должен быть в Зале славы. Он ждал этого шесть лет, хотя я считаю, что его надо было принять туда сразу. Но это все осталось в прошлом. Эрик теперь там, где он должен быть - в Зале хоккейной славы.