Skip to main content

Истории о Ламорелло. Часть вторая

Вторая часть уникальных историй о генменеджере "Торонто" и легенде "Нью-Джерси" Лу Ламорелло от российских экс-игроков НХЛ

Автор Игорь Рабинер / "Спорт-Экспресс" - специально для NHL.com/ru

NHL.com/ru представляет трилогию об одном из самых ярких представителей НХЛ, генеральном менеджере "Торонто Мэйпл Лифс" Лу Ламорелло. О члене Зала хоккейной славы расскажут российские игроки, ранее выступавшие в НХЛ. Даты выхода трех статей будут приурочены к матчам "Торонто", которые играют во вторник, среду и субботу. В первой части о Ламорелло рассказывают Сергей Брылин и Дайнюс Зубрус.

ЧЕЛОВЕК СЛОВА И ВТОРОЙ ОТЕЦ

Назад в "Девилз" после окончания карьеры игрока Брылина пригласил как раз Ламорелло. И для него это абсолютная норма - не забывать людей, которые отдали клубу часть своего сердца, служили ему верой и правдой. "Лу мне всегда говорил, чтобы, когда закончу играть, я к нему пришел, мы сели и обсудили возможности дальнейшей работы", - вспоминает трехкратный обладатель Кубка Стэнли. Так и произошло.

"Ты как руководитель должен правильно поступать по отношению к людям", - говорил мне Ламорелло, когда мы общались в 2010 году в Сан-Хосе. Это было ответом на мой вопрос про Валерия Зелепукина, о котором Лу сказал: "Зели - по прежнему мой близкий друг. Около месяца назад он приезжал к нам на один из торжественных вечеров для бывших игроков клуба". Ныне Зелепукин - генеральный менеджер клуба КХЛ "Металлург" (Новокузнецк).

День 24 января 1995 года Зелепукин не забудет никогда. Через день после стартового матча сезона с "Хартфордом" (тогда только закончился локаут) на тренировке защитник Брюс Драйвер высоко поднятой клюшкой случайно угодил россиянину в глаз. Вячеслав Фетисов помог Зелепукину добраться до раздевалки, подбадривал как мог - мол, это всего-навсего разбитая бровь. Да и врач в госпитале сказал, что, видимо, придется пропустить неделю.

Но Зелепукин испытывал беспокойство - глаз стал видеть полосками, как на экране сломавшегося телевизора. И вскоре выяснилось, что все очень серьезно - задет нерв. Требуется сложная операция, за которую берется лишь один хирург в Хьюстоне. Однако и тогда еще Валерий не понимал всего до конца. Понял на следующий день после операции, при выписке, когда врач невзначай бросил: "С хоккеем, молодой человек, вам, видимо, придется закончить".

После этих страшных слов 26-летний игрок целые сутки не мог есть. "Летел в Нью-Джерси из Хьюстона, в самолете начали разносить еду, - рассказывал мне Зелепукин. - Думал, мне плохо из-за того, что долго не ел, но попробовал - и стало еще хуже, чуть не вывернуло наизнанку. А как подумал, что мне родителям в Воскресенск надо будет с такой вестью звонить... В итоге о приговоре врача я им ничего не сообщил, тем более что сам в него не хотел верить".

Спустя неделю Валерий пошел к специалисту в Нью-Йорке, и тот дал надежду. Но важнее было другое - как поведет себя в беде генеральный менеджер Ламорелло. Зелепукин в нашем разговоре вспоминал:

"Через общего знакомого (сам Лу по натуре человек немногословный) он передал мне: пусть Валера не волнуется. Даже если он не сможет играть, ему будет предоставлена работа в клубе. Навсегда. Не можете себе представить, что я почувствовал, услышав такое. Почему-то именно с этой минуты пришла полная уверенность: на лед я вернусь. А потом во время одного из матчей Ламорелло пригласил меня в свою ложу и спросил: "Шайбу отсюда видишь?" - "Да". - "Все, ты будешь играть дальше!".

В том сезоне Зелепукин выиграл Кубок Стэнли, сыграв в плей-офф 18 матчей. При том что в регулярке - всего четыре...

А после сезона случилось еще более для него поразительное. Зелепукин к тому времени вернулся в хоккей, но с его перспективами (в том числе и по здоровью) далеко не все было ясно. И в такой ситуации Ламорелло заключил с ним гарантированный и очень выгодный контракт на три года. Так что для кого-то главный "Дьявол" всех времен - акула бизнеса, а для кого-то - второй отец. Так называет его Зелепукин и добавляет: "Человек слова. Если бы мне нужно было одолжить кому-то крупную сумму и не бояться, что деньги пропадут, - это как раз Ламорелло".

Схожая ситуация произошла и у Брылина. Причем тоже накануне выигрыша Кубка Стэнли! В феврале 2003 года он получил тяжелейший перелом кисти, ему вставили в руку три стержня, запретили на шесть недель тренироваться. А Ламорелло сказал: "Не волнуйся. Постарайся сконцентрироваться на том, чтобы быстрее залечить травму и вернуться в команду. А если жизнь сложится так, что не получится, мы тебя не бросим".

Брылин в нашей беседе во время локаута-2004/05 вспоминал:

"В тот момент мне было важно это услышать. Тем более что верил и верю я Лу безоговорочно. Другого такого человека слова я в хоккее не встречал. Мой агент Пол Теофанос говорил мне о том, что Ламорелло - один из немногих генеральных менеджеров, чье слово - закон. У него можно никаких официальных бумаг не просить: если на словах договорились, значит, так и будет".

В те годы, когда Брылин перешел в "Девилз", из его прежнего клуба, ЦСКА, в основном не уезжали - сбегали. Если "Динамо" удалось наладить цивилизованный процесс отъезда в НХЛ, и почти за всех игроков клуб получал компенсации, то армейцы этим похвастать не могли. За редчайшими исключениями.

"Даже в газетных интервью руководители ЦСКА говорили, что Брылин стал одним из немногих, за кого удалось получить компенсацию, - отмечает Сергей. - Меня это не удивляет, потому что я знаю генерального менеджера "Девилз". Лу - человек очень порядочный. Недаром он считается лучшим генеральным менеджером в НХЛ".

А такое отношение Ламорелло к Брылину меня не удивляет после слов, которые мне сказал об этом игроке его бывший главный тренер Лэрри Робинсон, с которым они выиграли Кубок Стэнли в 2000-м: "Как он относился к делу - это профессионал до мозга костей! Может, ему не было отмерено больше всех таланта, но, образно говоря, его сердце - одно из самых больших, которые я встречал в своей тренерской карьере".

В общем, абсолютно ламорелловский типаж.

ВЫГНАТЬ ТРЕНЕРА-ЛИДЕРА И ВЫИГРАТЬ КУБОК СТЭНЛИ

И еще одна история на тему о железном слове Ламорелло.

Известный советский защитник-ветеран Сергей Стариков приехал в "Нью-Джерси" вместе с Фетисовым на весьма скромный контракт, но провел за основной состав лишь 16 матчей, в основном выступая за тогдашний фарм-клуб - "Ютику". Спустя менее десятилетия, в 1997-м, я расспрашивал его о времени, проведенном в системе "Девилз" и поинтересовался, в частности, тем, как он оттуда уходил. Стариков рассказал:

"У меня был односторонний контракт на два года с возможностью по желанию продлить его еще на год. Но тут приключилась история, которая лучше всего характеризует Лу Ламорелло. Вообще-то из него очень трудно выбить деньги, но если уж Лу что-то пообещал, то можете быть уверены: слово свое он сдержит. Когда я подписывал контракт, Ламорелло сказал: "Не обращай внимания на эту сумму, ты получишь гораздо больше благодаря бонусу за 40 сыгранных матчей". Причем об этом бонусе мы договорились исключительно на словах, в договоре он ни в каком виде не упоминался. И представляете, он мне эти деньги заплатил, хотя я не сыграл за "Девилз" даже половины из этих 40 матчей!

А когда второй сезон закончился, Лу сказал мне, что хочет создать совершенно новый "Нью-Джерси", в который мне пробиться будет нереально. Я и взял так называемый buy-out, освобождавший меня от обязательств перед клубом, а клуб - от необходимости выплаты мне денег. Но потом, летом, вдруг запаниковал: куда, мол, я теперь пойду, надо было остаться и попробовать. Причем если бы я дал задний ход, закон был на моей стороне и они обязаны были бы мне платить.

Когда я пришел к Ламорелло, он удивился: "Как же так, Сергей, ты ведь дал слово? Да, я знаю, что юридическая правота на твоей стороне и любой процесс против клуба ты выиграешь. Но ты же помнишь, как я тебе когда-то пообещал выплатить бонус - разве я тебя обманул тогда?" Мне стало жутко стыдно, и я ответил: "Извините, бес попутал". И на два года уехал играть в клуб ИХЛ "Сан-Диего", после чего закончил с хоккеем.

Ламорелло до сих пор (напоминаю, разговор был в 1997 году, как обстоит дело теперь, не знаю, - Прим. И.Р.) мне звонит, спрашивает, как дела, чем занимаюсь, не помочь ли с устройством на работу. Когда он первый раз позвонил, я просто обалдел. Потому как незадолго до того, будучи в Москве, услышал про пенсии для олимпийских чемпионов, позвонил в Спорткомитет и услышал: "Какая пенсия, ты что? Ты же в профессионалах играл". Я говорю: "Но я же был олимпийским чемпионом. Или, может, не был?.."

Исключительная порядочность при ведении дел с хоккеистами сочетается у Ламорелло иной раз с полнейшей непредсказуемостью по части увольнения и назначения тренеров.

Много интересного Сергей Брылин видел за те годы, что провел в "Нью-Джерси". Например, как за месяц до окончания регулярного чемпионата убирают главного тренера, занимающего первое место в конференции. Дело было в 2000-м, пострадавший тренер - Робби Фторек.

"Ни один генеральный менеджер, кроме Лу, не решился бы на такое! - восклицает Брылин. - Есть у него какое-то чутье на то, что происходит в команде. Он чувствует, чем она живет, понимает, когда нужна встряска, вне зависимости от результата. А тогда было именно так. В плей-офф со Фтореком вряд ли сыграли бы достойно, причин хватало. Например, у него были напряженные отношения с ветеранами, и в накаленной кубковой обстановке это бы обязательно выплыло.

Странный поступок тренера в отношении Кена Данейко лишь подлил масла в огонь. Кен должен был проводить юбилейный матч - кажется, тысячный. Бывший владелец "Девилз" доктор Макмаллан очень любил Данейко, называл его сыном. Подсчитали, что торжество придется на домашнюю встречу, и готовились к тому, чтобы провести его с размахом. И тут на предыдущую игру на выезде Фторек, который обо всем знал, его не ставит! И весь юбилей оказывается сорванным, потому что приходится на следующий выезд! Это было неприятно всей команде и явно отложилось в головах и у Лу, и у доктора Макмаллана".

В тот тренерский штаб, который уже под руководством Лэрри Робинсона тем же летом выиграл Кубок Стэнли, входил и Вячеслав Фетисов. Во время нашей беседы в Сочи во время Олимпиады-2014 он вспоминал, как в нем оказался:

"Благодарен генеральному менеджеру "Девилз" Лу Ламорелло и хозяину клуба доктору Макмаллану, которые меня просто уговорили войти в тренерский штаб "Нью-Джерси". Лу звонил мне каждый день после второго победного сезона в "Детройте". Я думал: может, еще год поиграть. Поехал отдохнуть на Гавайи - но он "бомбил" меня каждый божий день. "Слава, давай!" И как только я прилетел, Ламорелло сразу оказался у меня на пороге.

Такие люди, как он, просто так за другими не бегают. Они чувствовали, что из меня может получиться хороший тренер. И уговорили. Счастлив, что послушался этого совета, и для меня это была очень серьезная школа в плане перехода от состояния хоккеиста к менеджменту как таковому. Увидел, какой колоссальный объем работы необходим для успеха, понял, что настоящая тренерская работа - это 20 часов в сутки. Анализ, подготовка, анализ, подготовка...

И от увольнения у меня не осталось никаких плохих чувств. Уже в разгар подготовки сборной России, главным тренером которой меня назначили, к Солт-Лейк-Сити-2002 Лу позвонил мне: "Хочу увидеться. Встретились - и выяснилось, что нас с Робинсоном увольняют. "Принял решение, что мы пойдем другим путем. У тебя сейчас голова слишком не там находится, поэтому желаю тебе удачи со сборной. И надеюсь, что ты добьешься успеха". Все в лицо, все как полагается. И мы с Лу остались лучшими друзьями".

После Олимпиады, на которой сборная России займет третье место (на трех последующих Играх она в медали не попадала), президент Владимир Путин пригласит Фетисова возглавить весь российский спорт, и тренерская работа в жизни легендарного капитана сборной СССР на этом закончится. Но если бы к моменту приглашения Фетисов работал у Ламорелло и был счастлив - кто знает, удалось бы даже главе российского государства его переубедить?..

Расширить