Skip to main content

Россия задрафтованная: почему НХЛ снова в моде

Автор Сергей Бутов / НХЛ.com

Июньский драфт-2016 в Баффало хорошо проиллюстрировал сегодняшнюю хоккейную моду на Финляндию. Очевидные успехи национальной сборной этой страны за последние несколько лет, сильная профессиональная лига и отлаженная система подготовки не остались незамеченными скаутскими бюро и менеджментом клубов НХЛ – сразу три представителя Финляндии попали в топ-5 задрафтованных в 2016-м году.

На фоне провала Чехии, не получившего ни единого места в первом раунде и рекордно низкие четыре выбора в целом, Россия второй год подряд делегировала в НХЛ 17 своих талантов. До показателей 1990-х годов, когда на одном драфте могли уйти сразу несколько десятков игроков далеко, однако тренд на увеличение, потерянный в 2000-е годы, окончательно оформился заново.

17-летний в день драфта защитник Михаил Сергачев ушел под очень высоким девятым общим номером в "Монреаль", попав в достаточно узкий клуб соотечественников, которым выпадала честь попасть в первую десятку. Защитников же, задрафтованных выше Сергачева, за всю современную историю России было только двое: в 1998-м Виталий Вишневский был выбран под 5-м номером "Анахаймом", а в прошлом году "Филадельфия" взяла Ивана Проворова 7-м.

У российского присутствия в НХЛ на протяжении последних десятилетий богатая история, завязанная прежде всего на социально-политических трансформациях в стране. После прорывных 1970-х, когда как на национальном, так и на клубном уровне состоялось сразу несколько серий с участием лучших представителей двух - североамериканской и советской – школ, НХЛ обратила на хоккейные таланты по ту сторону океана серьезное внимание. Вячеслава Фетисова, например, "Монреаль" задрафтовал еще в 1978-м году, когда о переезде в Северную Америку для будущего члена Зала хоккейной славы не могло быть и речи.

Перестройка и процесс расширения гражданских свобод в Советском Союзе во второй половине 1980-х годов запустил маховик отъезда, хотя сам процесс на рубеже 1980-х-1990-х годов был по-прежнему невероятно болезненным как для самих игроков, так и для клубов НХЛ. Долгое время выбирать европейских игроков "высоко" на драфте считалось необоснованным риском, хотя возврат инвестиций в случае удачи был запредельным.

Так, драфт-1989 стал историческим для европейского хоккея, когда "Детройт" выбрал в третьем раунде Никласа Лидстрема, в четвертом Сергея Федорова, а в 11-м – Владимира Константинова, который, по широко распространенному сегодня мнению, мог бы сегодня составить компанию обоим в Зале славы, не случись трагической аварии, прервавшей карьеру защитника. Великий состав "Ред Уингз" 1990-х рождался именно в те дни, уверен многолетний генеральный менеджер "Детройта" Кен Холланд, который в 1989-м возглавлял скаутское бюро клуба.

"То, что случилось на том драфте, сегодня невозможно", - уверен Холланд. "И сейчас можно получить три, четыре, пять хороших игроков, однако невозможно взять и выбрать двух будущих членов Зала хоккейной славы и еще целую группу парней, которые потом сыграют по тысяче матчей в лиге. В то время мы имели дело с "железным занавесом", коммунизмом и были уверены, что получим всех этих ребят в 30-летнем возрасте, после чего благополучно отправим их в резерв".

Однако реальность превзошла ожидания. Еще в 1990-м году был задрафтован сразу 41 игрок из Советского Союза, а годом спустя клуб НХЛ впервые отдал свой первый выбор драфта - "Нью-Йорк Рейнджерс" взял Алексея Ковалева, который уже три года спустя стал одним из первых россиян, поднявшим Кубок Стэнли над головой. Когда же Советский Союз позже в том же 1991-м формально прекратил свое существование, на североамериканский рынок хлынул поток талантов, за который, впрочем, уже пришлось "платить" вполне рыночные цену безо всяких скидок.

Летом 1992-го года Алексей Яшин был выбран под общим вторым номером, а всего в первой двадцатке оказалось беспрецедентно высокое количество российских хоккеистов – семеро. Не всем из них довелось стать в НХЛ звездами, однако дорога в сильнейшую лигу мира, для которой не требовалось бежать из своей страны или отказываться от ее гражданства, была проторена сразу для нескольких будущих поколений.

Если в 1990-е на НХЛ сошла настоящая лавина из России, то на рубеже тысячелетий наметилась твердая тенденция на снижение. В первой половине 2000-х случилось сразу два исторических для России драфта, когда Илью Ковальчука под общим первым номером в 2001-м взяла "Атланта", а затем Александр Овечкин и Евгений Малкин были выбраны в 2004-м под первым и вторым номерами соответственно "Вашингтоном" и "Питтсбургом". Однако общее количество задрафтованных шло вниз и к 2010-му году достигло антирекорда: всего 8 россиян были выбраны клубами НХЛ.

Причин было несколько: здесь и вычерпанный колодец талантов, и пришедшее понимание того, что не все россияне подходят НХЛ, а НХЛ подходит не всем россиянам (которое только крепло после локальных инцидентов вроде отъезда Александра Радулова из "Нэшвилла" в Россию), а также серьезный прогресс в процессе приведения контрактов хоккеистов к нормам международного права, усилившийся после создания КХЛ в 2008-м году, с которой НХЛ несколькими годами позднее подписала соглашение о взаимном уважении контрактов.

Появление новой лиги внесло коррективы в мировые финансовые рынки. Неофициально принятые в хоккее контрактные рамки благодаря КХЛ моментально выросли, и в Россию потек ручей качественных хоккеистов, согласных на многолетние соглашения на весьма заманчивых для них условиях, к которым добавилось и куда более щедрое по сравнению с Северной Америкой налогообложение. Иногда цифры в этих контрактах были абсолютно обоснованны, иногда просто обоснованны, часто – совершенно необоснованны.

Тем не менее, получив от новой лиги финансовый премиум, большинство российских хоккеистов внутренне согласилось с заданными условиями. На драфте-2009, на следующий год после создания КХЛ, в первых двух раундах было выбрано лишь двое россиян – уже игравший в Главной юниорской хоккейной лиге Квебека Дмитрий Куликов и Дмитрий Орлов. По иронии судьбы, оба сегодня твердо входят в число лучших российских защитников и выступят в составе национальной сборной на сентябрьском Кубке мира.

34 российских таланта, задрафтованных за два последних года клубами НХЛ, представляют собой четкий индикатор наступления новых времен. Финансовые сложности, с которыми столкнулась КХЛ в последние пару сезонов, довольно быстро толкнули массу игроков на переезд в Северную Америку, где те часто соглашались даже на существенное понижение в зарплатах за возможность играть в сильнейшей хоккейной лиге и в финансовом плане чувствовать под ногами твердую почву. В самой КХЛ также началось снижение уровня зарплат, что только ускорило ее финансовое оздоровление, хотя, по мнению трехкратного обладателя Кубка Стэнли, а ныне генерального менеджера ЦСКА Федорова, в России продолжают переплачивать игрокам в районе трети от их реальной рыночной стоимости.

Дискуссии на тему оттока талантов в самой России шли постоянно, то затихая, то разгораясь с новой силой. Совсем недавно зазвучали голоса за то, чтобы ввести возрастной ценз для отъезда игроков за океан, встреченные в хоккейном мире с разной степенью энтузиазма. Одна из наиболее популярных тем – идеологическое воспитание, утраченное молодым поколением. Налицо очевидное недопонимание "отцов и детей", где последним не слишком близка вся эта риторика. Миллениумы, которые сегодня массово выходят на драфт НХЛ, - поколение глобализации, которая, наряду с появлением социальных сетей, сделала для них мир намного более компактнее, ближе и понятнее, чем для большинства самих кандидатов в их идеологи.

Любого спортсмена элитного уровня инстинктивно тянет соревноваться с лучшими. Остальное – уезжать ли в Северную Америку в юном возрасте и взрослеть в юниорских лигах, либо же оставаться и набираться в России опыта взрослого хоккея высокого уровня - исключительно тактика. Однако часто именно от нее зависит карьера.

Предстоящий сезон будет в этом смысле примечательным. Пример не задрафтованного Артемия Панарина, признанного лучшим новичком НХЛ прошедшего сезона, стоит перед глазами молодых игроков – не только в России, но и во всем мире. А история с его почти $2-миллионым бонусом за попадание в десятку самых результативных форвардов НХЛ, доказывает, что при условии профессионализма представителей игрока, даже минимальный контракт новичка можно отработать так, что любой клуб НХЛ сочтет за удовольствие заплатить втрое больше.

Много тысяч пар глаз будут наблюдать и за Проворовым с Сергачевым, если последнему, конечно, удастся с ходу закрепиться в "Канадиенс". Два этих талантливых защитника пошли по первому пути, пробивая себе дорогу через юниорские лиги. 19-летний Проворов уехал в Канаду еще мальчишкой и, подписав сразу после драфта-2015 контракт новичка с "Филадельфией", провел весь сезон в Западной хоккейной лиге, где за 62 поединка в составе "Брендона" набрал 73 (21+52) очка. Несмотря на очевидно напрашивающийся недостаток "идеологического воспитания", это не мешает Проворову оставаться патриотом своей страны и представлять ее интересы на всех крупнейших юниорских международных турнирах последних лет. Ровно то же самое можно сказать и о 18-летнем Сергачеве, который в минувшем сезоне в Хоккейной лиге Онтарио набрал в 67 матчах за "Виндзор" 57 (17+40) баллов и получил приз Макса Камински как лучшему защитнику – трофей, который в предыдущие годы выигрывали многие из числа нынешней элиты обороны НХЛ, включая обладателя "Норриса"-2016 Дрю Даути.

Расширить