Skip to main content

Марти Хоу поблагодарил друзей, клуб, болельщиков

Автор Дэйв Стаббс / НХЛ.com

ДЕТРОЙТ Марти Хоу задумался над тем, когда он после этой скорбной и в тоже время памятной недели сможет спустится на землю и оставить позади смерть своего легендарного отца.

"Думаю, что такого никогда не будет", - сказал Хоу в среду. "Меня сейчас переполняют эмоции и я должен с ними справиться. Но Горди всегда будет с нами".

Семья Хоу, сотни почетных гостей, звезды хоккея, давние друзья собрались на арене Comerica Park после панихиды.

Хоу скончался в пятницу в возрасте 88 лет.

В среду многие захотели поддержать семью теплыми словами и рассказами о Хоу после физически и эмоционально изматывающего прощания, которое прошло во вторник на стадионе Joe Louis.

"Мы там были12 часов и 40 минут", - сказал Хоу о церемонии прощания, когда тысячи людей побывали на арене, чтобы отдать дань уважения величайшему хоккеисту в истории. "Мне даже пришлось закрыть двери в конце очереди, потому что уже было почти 10 часов вечера (прошло почти 13 часов)".

Марти Хоу, когда говорит об отце, очень часто сбивается с прошедшего на настоящее время, настолько свежи его воспоминания.

"Я очень горжусь, что так много людей пришли, чтобы проститься с Горди", - сказал он. "Он заслужил это. Он говорил мало. Но все, что он говорил, шло на пользу и к его словам стоило прислушаться. Мы понимали это. Я не успел полностью оценить эту всеобъемлющую поддержку. Все прошло так быстро".

Хоу поблагодарил владельцев "Детройт Ред Уингз" Майка и Мариан Илитч, их сына Кристофера, за то, что они взяли на себя практически все заботы по организации траурных мероприятий и за "их любовь и уважение, с которыми они относились к Горди".

"Нам оставалось только выбрать церковь", - сказал он, имея ввиду собор Пресвятого Таинства в Детройте. "Все, что вы видели, было сделано семьей Илитч. У меня не было возможности посмотреть, что говорили и писали в газетах и по телевидению. Мои друзья все записали. Поэтому я знаю, что я еще неделю буду плакать у себя дома. Но для меня это было празднованием жизни Горди. Было очень радостно, что так много людей пришли, что так много было сказано о том, как Горди повлиял на жизнь других людей, было рассказано много нехоккейных историй. О нем говорили, как о человеке. Он учил нас уважать других и помогать им. Не знаю, сможем ли оправдать его ожидания, но мы стараемся".

Брат Марти Хоу Мюррей произнес трогательную, местами забавную речь, которая отражала озорной дух их отца. Марк Хоу говорил с журналистами у входа в собор и расплакался.

"Я не знаю, как это получилось у Марка", - сказал Марти о том, что его брат вышел к журналистам, когда гроб с телом его отца выносили из собора. "Я бы не смог. Я все время плакал, когда Мюррей произносил эту чертову речь. Все началось с хора. Они красиво пели. Когда они запели, мне понадобились две упаковки платков. Надо было взять полотенце. Потом стал говорить Мюррей, и мне понадобились еще платки. Когда дело дошло до службы, то у меня уже не осталось слез и я мог слушать, что говорят люди. Я рад за Горди. Я не хотел, чтобы он страдал. Он ушел тихо".

Здоровье Горди ухудшилось в последние две недели его жизни и трое сыновей и его дочь собрались, чтобы быть в это время рядом с ним.

Марти Хоу будет сильно не хватать Горди. В эти выходные в Америке отмечают день отца и этот праздник только усилит боль от потери.

"С ним было очень просто. Он любит людей, он очень контактен, он будет с ними общаться, когда другие бы сказали: "Оставьте меня в покое", - рассказал Марти. "Когда я рос, я отставал от Горди метра на три и слышал, как люди говорили: "Возьми у него автограф! Нет, я боюсь". Некоторые боялись его, но если бы они познакомились с ним, то узнали, что он замечательный человек. Он сразу бы дал автограф. Он мог тебя потрепать по голове, или дернуть за ухо, но автограф он всегда давал".

И Марти Хоу уже никогда не посмотрит на удочку так, как раньше.

"Мне очень будет не хватать его на рыбалке", - сказал он с подлинной грустью. "После сезона он брал Марка и меня на какое-нибудь озеро. Нас на самолете увозили куда-нибудь дней на 10, где не было радио, электричества. Ничего. Только ты, рыба и медведи в лесу. Нам приходилось ловить рыбу, чтобы есть. Все в итоге сводилось к этому. Можно было искупаться в озере, если ты холодной воды не боялся. Горди никогда не кричал на нас. Он всегда давал нам полезный совет, позволял нам идти своим путем, жить своей жизнью и лишь иногда поправлял нас. Он научил нас жизни. Он был настоящим человеком".

Расширить