Skip to main content

Джоэл Уорд рассказывает о своей карьере

Автор Кэтрин Таппен / НХЛ.com

Джод Уорд родился в Канаде, в семье иммигрантов из Барбадоса. Он не был уверен, что его мечта стать хоккеистом когда-либо сбудется. Так было до тех пор, пока он не познакомился с Кевином Уиксом (бывшим голкипером НХЛ, ныне телекомментатором), который жил по соседству. Так Уорд быстро узнал, какой может быть хоккейная карьера. Нападающий "Вашингтон Кэпитал" рассказал о своем наставнике, о детстве, благотворительности, решении посещать колледж в Канаде.

Кэтрин Таппен: Я обычно не спрашиваю о том, что происходит на льду, но вы сейчас в ударе! Как так получилось?

Джоэл Уорд: У меня замечательные партнеры. Мне везло – были удачные отскоки и рикошеты. Мне повезло, что я там был. Мы провели несколько хороших игр, уверенно оборонялись, хорошо играли в атаке. Я пользовался ситуацией и оказывался в нужное время в нужном месте.

KT: Расскажите о том, как вы играли в молодежной лиге Онтарио за команду "Owen Sound Platers". Какое влияние оказала на вас семья, в которой вы жили? Как на игрока и человека?

ДУ: Мне было 17, мне пришлось уехать из дома. Я черный парень из Торонто и оказался в совсем другой обстановке. Это был настоящий культурный шок. Семья Венди и Роджера Минардов, у которых я жил, была потрясающей. Они меня сразу приняли. Я стал частью их семьи. Венди все делала для меня. От стирки до готовки. Меня испортили! А когда умер мой отец, Рождер занял его место. Он меня многому научил: играть в карты, бильярду, завязывать галстук. Я жил у них 4 года подряд, однажды все лето провел там. У меня нет слов, чтобы выразить им свою признательность. Роджер приезжал ко мне в Вашингтон. Я подумал, что ему будет приятно провести здесь время, посмотреть на команду, потому что он большой любитель хоккея. Они сыграли огромную роль, когда я учился в школе, и в моей жизни.

KT: В 2000/1 году вы были в тренировочном лагере "Детройта". Как там все прошло?

ДУ: Было интересно. Там были звезды. Павел Дацюк только что там появился, на следующий год выстрелил Зеттерберг. Просто невероятно. Там были Брет Халл, Кертис Джозеф, Крис Челиос. Я их каждый день видел – класс! Далеко не все получилось так, как я бы хотел, поэтому я отправился в команду на острове Принца Эдварда.

KT: Расскажите мне об этом. Вы один их немногих, кто играл в студенческий хоккей в Канаде за команду Университета острова Принца Эдварда.

ДУ: Там был мой партнер по молодежной лиге – Адам Кэмпбелл. Когда я был в тренировочном лагере в "Детройте", он уговаривал меня пойти в университет. Он говорил, что если у меня что-то не получится в "Детройте", то надо приехать туда. Я поговорил с семьей и решил, что лучшим вариантом будет учеба. И почему бы мне не учится вместе с тем, кого я знаю? Когда я приехал в общежитие, оно мне показалось сараем. Я чуть было сразу не уехал. Я подумал, что это точно не для меня. Но Адам уговорил меня остаться. Ребята в команде были замечательные. Я никогда не был на восточном побережье. Я провел 4 замечательных года, получил диплом по социологии. Там я нашел много друзей. Я это никогда не забуду.

KT: У вас есть какие-либо планы, что делать после хоккея, как вы воспользуетесь своим дипломом?

ДУ: Всегда хотел преподавать. Некоторые мои партнеры интересовались педагогическими программами. Мне тоже это было интересно. Но я решил сначала попробовать хоккей. Пока получается.

KT: Это точно! Ваш первый профессиональный контракт был в 2005/6 годах в АХЛ с "Хьюстоном". Каково это было?

ДУ: Здорово было – не надо идти на занятия, что-то писать! Мне это нравилось.

KT: Ваши родители – иммигранты с Барбадоса. Как они повлияли на вас?

ДУ: Семья Кевина Уикса научила нашу семью хоккею. Его родители также приехали с Барбадоса. Он приблизительно одного возраста с моим старшим братом и мы жили рядом. Я всегда смотрел, как они играли в хоккей. Кевин всегда считался спортсменом в нашей округе, играл в хоккей, был в детской лиге. Благодаря ему мой старший брат пристрастился к хоккею. Я, как младший брат, всегда ходил за ними и тоже полюбил эту игру. Моим родителям пришлось многим пожертвовать. Они приехали с Барбадоса, ничего не знали о хоккее. Но эта игра им тоже понравилась. И семья Уиксов очень помогла нам в этом плане. У нас много родственников, которые также стали играть в хоккей. Я до сих пор считаю Кевина своим наставником. Если у меня есть проблемы, я всегда обращаюсь к нему. Он меня многому научил. Он сыграл огромную роль в моей жизни, в жизни моей семьи.

KT: Я слышала, что вы ходили в его хоккейный лагерь. Думаю, что этим объясняется то, чего вы добились на льду?

ДУ: [смеется] Это забавно. Я всегда считал, что Кевин лет на 30 старше меня. Это потому, что он был моим кумиром. Его семья рассказала моей о хоккее. Как все устроено, какие есть лиги, как они работают. Он определил меня в свой лагерь, в другие центры, чтобы я мог развиваться. Даже когда он играл, я общался с его отцом.

KT: Вы активно участвуете в программах "Старшие Братья/Старшие Сестры" и "Хоккей НХЛ для всех". Зачем вам это нужно?

ДУ: Когда я был в Нэшвилле, я решил, что должен чем-то поделиться. Мой отец умер, когда я был молодым. Моей маме было тяжело поднимать меня и моих братьев. Мне нужно было найти благотворительную программу, чтобы помогать другим. И "Старшие Братья/Старшие Сестры" как раз занимается тем, что помогает семьям, где есть только один родитель. Там я познакомился с моим младшим братом Маликом Джонсоном. Я до сих пор с ним общаюсь, хотя он живет в Нэшвилле. У него все нормально. У нас хорошая связь. Это особенная программа. Ты привязываешься к детям. Пытаешься им помочь. Для этого нужно время, но как замечательно видеть, что они растут, добиваются успеха в школе и в жизни. Надеюсь, что к нам присоединятся и другие люди.

KT: Несколько коротких вопросов. Ваш кот Лео оказался в вашей биографии в справочнике клуба. Какой-то очень важный кот!

ДУ: [смеется] Да! Он живет с моей мамой в Торонто. Он составляет ей компанию, когда она смотрит хоккей. Он мужчина в нашем доме сейчас.

KT: Вы любите кухню западной Индии. Нашли уже в Вашингтоне подходящее место?

ДУ: Да, очень люблю. В Торонто было много мест, где можно было поесть, а в Вашингтоне пока ничего не нашел. Очень расстроился. Торонто – лучше всего. Когда мы играем в Торонто или Нью-Йорке, я всегда стараюсь выбраться в какой-нибудь ресторанчик.

KT: Почему для вас важен 42 номер?

ДУ: Всегда хотел, чтобы меня что-то вдохновляло. Я выбрал его в честь Джеки Робинсона (первый бейсболист-негр, играл под 42-м номером). Ношу его с гордостью негра.

KT: Вашингтон - самое подходящее место для этого. Удачи в сезоне и спасибо, что поговорили со мной.

ДУ: Всегда пожалуйста и пусть Кевин сводит вас в ресторан в Торонто!

Расширить