Skip to main content

Драфт 1989 определил лицо "Детройта"

Автор ������ ���������� / НХЛ.com

Путь "Детройт Ред Уингз" к вершинам НХЛ, где команда обосновалась почти на два десятилетия, начался в 1989 году на арене, которая сейчас уже не функционирует. Это история об удаче, мастерстве, вере, интриге, на основе которой вполне можно написать настоящий бестселлер.

26 лет назад член Зала Славы Хоккея Джим Девеллано был генеральным менеджером "Детройта". Когда он вспоминает тот драфт, который так продвинул вперед его клуб, он приходит к одной и той же мысли.

"Не думаю, что в истории всех команд НХЛ был более удачный драфт, чем драфт 89 года для "Детройта", - говорит Девеллано. "Я также хочу сказать, что там не обошлось без удачи".

Там Девеллано, менеджеры и скауты "Детройта" изменили судьбу легендарной команды, заложили основу для триумфального шествия "Ред Уингз", которое продолжалось почти 2 десятилетия. Все началось на стадионе "Met Center" в Блумингтоне (штат Миннесота) 17 июня 1989 года.

В тот день "Детройт" приобрел 18-летнего шведского защитника Никласа Лидстрема (третий раунд, 53 номер) и 19-летнего российского центрфорварда Сергея Федорова (4 раунд, 74 номер). В понедельник их обоих введут в Зал Славы Хоккея в Торонто.

Только эти два хоккеиста сделали бы тот драфт запоминающимся. Но там были и другие игроки, которые превратили его в историческое событие, в лучший драфт не только в истории хоккея, но и возможно в истории всех основных видов спорта.

До того, как закрепить за собой права на двух будущих суперзвезд из Европы, "Детройт" в первом раунде (11 номер) выбрал нападающего Майка Силлинджера из Западной Хоккейной лиги и во втором (32 номер) защитника Роберта Бугнера из Хоккейной лиги Онтарио.

Силлинджер провел в НХЛ 1 049 матчей, в том числе 129 в составе "Детройта". На счету Бугнера – 630 игр, и ни одной в "Ред Уингз".

В пятом раунде был выбран Шон Макгош (95). Он провел в НХЛ 9 матчей и забил один гол. Нападающий Даллас Дрейк ушел в 6-м раунде (116), отыграл в НХЛ 1 009 матчей и завершил свою карьеру в 2008 году, забросив 177 шайб и став обладателем Кубка Стэнли в 2008 году вместе с "Ред Уингз".

Защитник Владимир Константинов (11 раунд, 221 номер) отыграл 446 матчей. Его карьеру в НХЛ прервала трагическая авария, в которую он попал на следующий день после того, как "Детройт" завоевал Кубок Стэнли в 1997 году.

Лидстрем и бывший капитан "Ред Уингз" Стив Айзерман (сейчас генеральный менеджер "Тампа-Бэй Лайтнинг") уверены, что если бы не авария, то Константинов также был бы в Зале Славы.

В 1989 году не обошлось без ошибок. Семь из 14 игроков, задрафтованных тогда "Детройтом", так и не сыграли в НХЛ. Но положительные моменты перевешивают все остальное.

"Тот драфт задал тон для "Уингз", - сказал Лидстрем.

7 игроков, которые пробились в НХЛ, в общей сложности провели 5 955 матчей, забили 1 227 шайб и отдали 2 367 голевых передач, набрав 3 594 очка. В 726 играх плей-офф они заработали 441 очко по системе "гол+пас". Лидстрем, Федоров, Константинов и Дрейк 9 раз выигрывали Кубок Стэнли.

26 лет назад ставка на Лидстрема и Федорова была весьма рискованной. О Лидстреме мало кто слышал, и никто не знал, как сложится ситуация вокруг Федорова.

"Тогда я думал, что Федоров точно заиграет в НХЛ, если ему удастся выбраться из России. Я очень рассчитывал и на Лидстрема", - говорит бывший скаут "Детройта" по любителям Нил Смит. "Я очень надеялся, что этот парень, которого мы выбрали в третьем раунде, станет игроком НХЛ. Но о нем никто не слышал".

Тогда "Детройт" заложил основу для нового подхода к скаутингу. Вместо того, чтобы смотреть игроков только на международных турнирах, "Ред Уингз" в 1989 году начал внимательно следить за европейскими лигами в поисках хоккеистов, которые остались незамеченными другими клубами.

Лидстрем не имел постоянного места в составе первой команды "Вестероса" в чемпионате 1988/89 годов. Для того, чтобы изучить его в полном объеме, сотрудникам "Детройта" пришлось работать больше, чем другим.

Такой подход стал визитной карточной клуба и позволил ему задрафтовать неизвестных европейцев, которые потом стали звездами НХЛ: нападающий Томас Холстрем (10 раунд, 1994) форвард Павел Дацюк (6 раунд, 1998 год), форвард Хенрик Зеттерберг (7 раунд, 1999 год), защитник Джонатан Эрикссон (9 раунд, 2002), нападающий Юхан Франзен (3 раунд, 2004) и форвард Густав Нюквист (4 раунд, 2008).

"Мы искали неизвестных европейцев, не рисковали с североамериканцами", - так объяснил стратегию клуба Смит. "Здесь нет ничего выдающегося, хотя об этом говорят именно так. Мы получили Дацюка и Зеттерберга, потому что мы работали над этим. Драфт 89 года заложил основу такого подхода. "Детройт" не только приобрел там 6-х игроков, но и заложил основу своего развития на ближайшие 25 лет. Такой подход позволил ему усиливаться".

"Ред Уингз" не боялся ставить на хоккеистов, которые находились по другую сторону "железного занавеса", отдавая себе отчет в том, что они могут и не попасть в НХЛ из-за политических реалий "холодной волны".

Федоров и Константинов сумели присоединится к "Детройту". У "Ред Уингз" была возможность получить Павла Буре и Сергея Немчинова, но клуб ею не воспользовался.

"Был "железный занавес", коммунизм. Мы думали, что мы сможем получить их, когда им будет по 29-30 лет и мы занесли их в наш резервный список, отложили на потом", - сказал Кен Холланд, сейчас он генеральный менеджер "Уингз", а тогда он был скаутом команды на Западе Канады. "Через 2 года Федоров и Константинов были в нашей команде".

Работа руководства команды перед драфтом 1989 года, начиная со скаутинга, планирования, нерешимости и заканчивая итоговым выбором, может стать предметом для изучения и образцом для подражания.

"Такого больше не будет из-за Лидстрема и Федорова. Они сейчас в первой пятерке", - говорит Холланд. "Времена изменились. Таких драфтов больше не будет. Можно получить 3-х, 4-х или даже 5-х игроков на драфте, но уже не получиться задрафтовать в один год двух членов Зала Славы и игроков, которые проведут тысячу игр в НХЛ. Это был один из лучших драфтов в истории".

"Сейчас, с позиции 2015 года этот выбор кажется очевидным. Но в 1989 году Никлас Лидстрем был игроком, ростом в 6 футов и 2 дюйма и весом 168 фунтов. Он провел 20 матчей, в которых отдал две голевые передачи. Это совсем другая история. Для того, чтобы назвать его имя нужна была смелость. Сейчас всем кажется это выбор очевидным, но тогда все было совсем не так ясно", - рассказывает скаут Кристер Рокстрем о Лидстреме.

Для того, чтобы понять философию "Детройта" на драфте 1989 года, надо прежде всего узнать историю Девеллано, человека, который принимал окончательные решения.

Он помог Биллу Торри собрать династию "Нью-Йорк Айлендерс" в начале 80-х за счет грамотной работы на драфте. "Айлендерс" выбрал там будущих членов Зала Славы Майка Босси, Брайана Троттье, Кларка Гиллеса и Дениса Потвина.

Девеллано хотел таким же способом строить и "Детройт", но расширение лиги привело к увеличению числа клубов и выбор в середине драфта уже был ограничен.

"Я подумал, что если я буду строить команду с помощью драфта и у меня на это вечность уйдет, если я буду получать по одному человеку в год", - сказал Девеллано.

Нужно было искать новые подходы. Поэтому Девеллано отправил Смита в Европу.

"Найди скаута", - сказал Девеллано. "Давай изучим Европу. Узнаем, что там есть. Нил Смит уехал туда и нашел Кристера Рокстрема".

Смит нашел его в такси в Стокгольме.

"Кристер приехал на такси, чтобы отвезти меня на игру. Он тогда не очень хорошо говорил по-английски. Мы стали говорить о хоккеистах, о том и сем, и я сказал Джимми, что мы должны взять его внештатным скаутом", - рассказал Смит. "Я тогда впервые был в Стокгольме. И он стал нашим внештатным скаутом".

Рокстрем, который потом станет штатным скаутом "Детройта", идеально подходил для этой работы. Он сам играл в хоккей, дошел по молодежной команды, имел связи в шведской элитной хоккейной лиге и мог выйти на другие хоккейные организации в Европе. Ему было чуть больше 20 лет, он был холост, любил ходить на хоккей и наблюдать за игроками.

Рокстрем первым увидел Лидстрема в 1988 году. Он произвел на него сильное впечатление и он решил снова посмотреть на него через год, чтобы побольше узнать об этом молодом защитнике.

"Он был высоким, худым, не очень сильным и не любил играть в тело", - рассказывает Рокстрем. "НХЛ нужны были габариты и жесткость. Никлас не подходил под это описание. Он умел кататься, был техничен, но прежде всего его отличало хоккейное чутье".

Рокстрем рассказал, что Лидстрем попал в состав "Вестероса" в чемпионате 1988/89 годов только потому, что два защитника основного состава получили травмы. Но даже тогда, по словам Рокстрема, не было гарантии, что Лидстрем выйдет на лед.

"Он отыграл 20 матчей, а мог сыграть только 12", - сказал Рокстрем. "Надо было точно знать, когда приезжать на игру, потому что можно было приехать на 5-6 матчей, а Никлас в них не играл".

Но Рокстрем знал, когда приезжать – у него был друг в команде. Юрген Холмберг сообщал ему , когда отправляться в 4-часовое путешествие.

В итоге Рокстрем сказал Смиту, что он должен посмотреть на игру Лидстрема. После этого Смит решил, что "Детройт" должен задрафтовать его до конца третьего раунда.

В то время действовало правило, в соответствии с которым 18-летних европейцев можно было драфтовать только в трех первых раундах, если только они не играли в течение 2 сезонов в своей взрослой команде. Лидстрем не играл в взрослой команде 2 сезона.

"Я тогда сказал Джимми, что если мы не возьмем этого парня в третьем раунде в этом году, то он уйдет в первом на следующий год после того, как он сыграет на молодежном чемпионате мира. Так что мы должны будем забрать его в третьем раунде, потому что для нас это будет последний шанс получить его", - рассказывает Смит. "Его не было в списках Центрального Скаутского бюро потому, что они его не видели".

Лидстрем не очень высоко котировался среди скаутов НХЛ и лишь некоторые команды знали о его потенциале.

Но в любом случае нужно было соблюдать осторожность. Только Рокстрем, Смит, Холланд и Девеллано знали в "Детройте" о Лидстреме. Они боялись, что другие клубы могут узнать о молодом шведском защитнике, на которого нацелился клуб.

Смиту и Рокстрему пришлось даже разочаровать агента Дона Мина, который слышал о Лидстреме и заговорил о нем во время встречи с менеджерами клуба.

"Мы не хотели, чтобы один из ведущих агентов вывел на него других людей", - сказал Рокстрем. "Это их работа, мы знали, что он делает. Нил сказал мне ничего не говорить, просто наблюдать за ним, не упоминать его имя и возвращаться домой. Это работа скаута".

Все получилось. Девеллано не видел Лидстрема в деле, но он доверял своим агентам и "Детройт" задрафтовал его без особого шума. Лидстрем узнал, что его задрафтовали, только когда ему позвонили домой в Вестерос.

"На месте Джимми Д (Девеллано) вы наверно спросили бы, зачем брать этого парня?" – сказал Холланд. "Надо отдать должное Нилу и Кристеру. Они хорошо знали Европу и понимали, что на Ника Лидстрема обращают мало внимания. Нас вполне устраивало то, что никто не собирался в Швецию для того, чтобы помешать нам".

В Швеции не обратили особого внимания на то, что "Детройт" задрафтовал Лидстрема.

"Я ничего не слышал", - вспоминает Рокстрем. "Никто мне ничего не сказал, никто не говорил: "Он хорош". Или что клуб не ошибся с выбором. Была тишина".

С Федоровым ситуация была другой. Он был уже известен, играл в сборной в тройке с Буре и Александром Могильным.

Смит и Холланд видели Федорова на турнире в Анкоридже (Аляска) и были уверены в том, что он сможет играть в первом или втором звене команды НХЛ. Айзерман в составе сборной Канады играл против Федорова на чемпионате мира 1989 года за несколько месяцев до драфта и рассказал Девеллано, какое сильное впечатление он произвел на него.

"Мы видели звено Буре-Федоров-Могильный. Оно было динамичным, активным", - говорит Холланд. "Так что Джимми Д на драфте был готов ко всему".

Смит сказал, что он хотел задрафтовать Федорова в 1988 году, когда ему было 18 лет, но ему не удалось убедить Девеллано. В 1989 году сомнений у Девеллано уже не осталось.

"Тогда я думал, что надо быть честным с самим собой. Сколько североамериканцев, выбранных в 4-м раунде, громко заявляют о себе? Единицы", - рассказывает Девеллано. "И тогда я сказал себе, что это сильнейший 19-летний хоккеист мира и я должен отказаться от него ради того, чтобы взять игрока уровня младшей лиги? Ни в коем случае! Мы заберем его себе, а дальше будет видно. Потом "железный занавес" упал и он оказался у нас".

Девеллано рассказывает, что реакция на выбор Федорова была громче, чем на появление Лидстрема. Но она была в целом негативной, так как в Северной Америке полагали, что "Детройт" впустую потратил право выбора на хоккеиста, который никогда не приедет в НХЛ.

"Мы не знали, когда они смогут оказаться у нас, но мы решили рискнуть", - сказал Смит.

Через два года Лидстрем набрал 60 очков в 80 играх своего дебютного сезона за "Ред Уингз". Потом он 4 раза выиграет Кубок Стэнли и 7 раз получит Приз Норриса. И все это в составе "Детройта".

"Я знал, что он хорош, но я не думал, что он 7 раз выиграет Приз Норриса", - сказал Смит. "Если бы я знал, что он настолько хорош, то я выбрал бы его в первом раунде".

Федоров остался в Северной Америке летом 1990 года и набрал 79 очков в 77 матчах в сезоне 1990/91, который стал для него первым в НХЛ. В общей сложности он провел за "Детройт" 954 игры, в которых набрал 908 очков.

"Если ты попадаешь с советскую сборную в 19 или 20 лет, то это значит, что ты чертовски хороший игрок. Но он превзошел ожидания", - сказал Рокстрем. "Так получилось. Не обошлось без везения".

"У этих ребят был характер, это был хороший выбор, просто их затмили сказочные карьеры Лидстрема и Федорова", - Джимми Девеллано говорит о Майке Силлинджере и Роберте Бугнере.

Девеллано был поклонником Силлинджера и даже сказал ему накануне драфта, что, если его не выберут раньше, то "Детройт" обязательно заберет его себе под 11-м номером.

Смит пытался представить Девеллано другие варианты, предлагая ему обратить внимание на Матса Сундина, который стал 1-м номером драфта. Но Девеллано даже слушать не захотел. Ему был нужен Силлинджер.

"Я сам видел его несколько раз", - говорит Девеллано. "Он был очень хорошим игроком в молодежной лиге. Очень хорошим и его карьера стала тому подтверждением".

"Тебе говорят такие вещи, но я не знал, можно ли им верить", - вспоминает Силлинджер. "Я это никогда не забуду. До сих пор помню, как я сидел со своими родителями, скрестив пальцы, и шептал: "Ред Уингз, Ред Уингз".

"Детройт" сдержал свое обещание, а затем задрафтовал Бугнера во втором раунде. Он жил рядом, в Виндзоре (город через реку от Детройта в Канаде), но так и не сыграл за "Ред Уингз".

"Я играл в фарме и думал, что вот я, защитник, стараюсь пробиться в состав, а эти двое ребят попали в НХЛ сразу после драфта. Они великие игроки (Лидстрем и Константинов)", - рассказывает Бугнер, который сейчас работает помощником тренера в "Сан-Хосе Шаркс". "Мне было тяжело туда пробиться, но клуб отлично поработал на драфте".

Карьеры Силлинджера и Бугнера сложились успешно, но они понимают, что своим успехом они частично обязаны ответом на следующий вопрос: если Лидстрем был выбран в третьем раунде, а Федоров в четвертом, то кого же "Детройт" тогда забрал в первом и втором раундах?

"Сейчас мы можем шутить по поводу того, что я пошел под более высоким номером, чем Никлас Лидстрем и Сергей Федоров", - говорит Бугнер. "Но тогда все было по-другому. Люди это не понимают. Когда мне говорят, что не могут поверить, что я пошел выше них, я говорю: "А вы помните ситуацию, когда все это происходило?" Об этом сейчас забывают".

"В то время, мне кажется, "Детройт" был очень расположен к тому, чтобы драфтовать русских. Они забрали Сергея в 4-м раунде, а Влада – в 11-м. И они стали элитными игроками", - сказал Стив Айзерман о Сергее Федорове и Владимире Константинове.

После того, как "Детройт" выбрал Федорова, клуб стал брать североамериканцев: в пятом раунде – Макгоша, в 6-м – Дрейка. Выбор Дрейка оправдал себя.

Но перспективы североамериканцев были туманны. С 7 по 11 раунды "Детройт" задрафтовал 5 человек и никто из них так и не заиграл в НХЛ.

Все знали Буре, но никто не знал, можно ли его было драфтовать после третьего раунда из-за правила о выборе европейцев в соответствии с количеством матчей, сыгранных ими за сборную. Как это было в случае с Лидстремом.

Джим Лайтс (сейчас он президент "Даллас Старз") в то время был исполнительным вице-президентом "Детройта". По его словам, клубу прямо во время драфта, сказали, что Буре нельзя выбирать после третьего раунда. Смит настаивает, что "Ред Уингз" знал, что его можно драфтовать и хотел взять его в пятом раунде.

Лайтс сказал, что Девеллано не пошел на это, потому что он обещал Смиту одного русского и им стал Федоров. Девеллано не был уверен, что Буре вообще захочет уехать из СССР, легально или нелегально.

Было ощущение, что "Детройт" заберет Буре и потом начнет разбираться со всеми остальными вопросами.

В итоге президент НХЛ Джил Стайн постановил, что Буре можно драфтовать и "Ванкувер Кэнакс" забрал его под 113 номером в 6 раунде. "Ванкувер" выбирал на 3 номера выше "Детройта".

"Прежде чем взять Дрейка, Нил Смит сказал: "А почему бы нам не выбрать еще одного русского?" Никто из этих ребят не будет таким, как Буре", - рассказывает Лайтс. "И тогда Джимми Девеллано сказал: "Пусть будет еще один русский, но в концовке драфта". Им стал Константинов в 11-м раунде".

Константинов оказался в "Детройте" потому, что Смит поверил бывшему водителю такси, ставшему скаутом в Стокгольме.

"Я в конце драфта повернулся в Кристеру и сказал: "Теперь ты решаешь, кого мне выбрать", - рассказал Смит. "Шансов найти хорошего игрока из Северной Америки уже было немного".

Так что, когда дело дошло до 11-го раунда, Рокстрем напомнил Смиту о капитане сборной СССР, которая ввязалась в массовую драку с канадцами на молодежном чемпионате мира 1987 года в Чехословакии.

"Он сказал: "Константинов. Мы его должны взять", - вспоминает Смит. "Мы так и поступили".

Константинов добавил жесткости "русской пятерке" "Детройта", где он играл с Федоровым, Вячеславом Козловым, Игорем Ларионовым и Вячеславом Фетисовым.

"Он мог встретить любого в средней зоне или прокатиться с шайбой от своих ворот до чужих", - сказал Лидстрем о Константинове. "Когда ты играл против этой пятерки, ты не думал о том, что против тебя могут применить силовой прием, а вот Константинов мог жестко сыграть. Это развязывало руки остальной четверке".

Свое последнее право выбора "Уингз" потратил на голкипера Джэйсона Гликмана из США, чья профессиональная карьера ограничилась 3 матчами за команду Хоккейной Лиги Восточного побережья. Смит считает, что клуб мог выбрать под 246 номером более значимого хоккеиста.

"Кристер сказал мне, что есть еще один российских игрок, который может сыграть в НХЛ", - говорит Смит. "Я согласился, но Джимми сказал, что больше русских не будет, что у нас их достаточно. Так что мы его не взяли. Тем летом я стал генеральным менеджером "Рейнджерс". Посмотрите, кого мы выбрали в 1990 году. Это Сергей Немчинов. Он мог быть в "Детройте".

Немчинова не было в "Ред Уингз". Но это уже мало что значило.

Девеллано, Смит, Холланд и Рокстрем ушли из арены, где проходил драфт 1989 года, окрыленные надеждой и довольные собой. Они еще не понимали, что в тот день они заложили основу для триумфального шествия "Детройта".

"Ред Уингз" с сезона 1990/91 – первого в карьере Лидстрема – не пропустил ни одного плей-офф. За этот период клуб выиграл Кубок Стэнли 4 раза и 6 раз с 1995 года выходил в финал Кубка Стэнли.

"Наша команда полностью изменилась", - сказал Айзерман. "Полностью изменилась".

Расширить